Биография российского джазмена Игоря Бутмана

Игорь Бутман

Знаменитый российский джазмен имеет свой взгляд на то, в каком состоянии находится сегодня этот жанр в России. И как сделать, чтобы любителей джаза становилось все больше и больше

Его любимый инструмент — саксофон. Любимая музыка—джаз. Любимый вид спорта, которому хотел когда-то посвятить жизнь, — хоккей. А еще не чуждо фигурное катание… Это то, что об Игоре Бутмане знает каждый россиянин. Да, он «светится» на телевизионных экранах, на страницах газет и журналов, но не потому, что славолюбив. Просто это один из наивернейших путей пропаганды любимого искусства: заинтересовывая собой, заинтересовывать джазом. Жаль, что в нашей стране эта музыка по большому счету остается элитарной. Кто станет спорить с этим утверждением? Игорь Михайлович Бутман! Он как раз считает, что его любимая музыка потихоньку пробивает дорогу к сердцам россиян. Однако процесс этот захиреет, если пустить его на самотек.

Игорь Бутман. Простые люди джаз тоже любят! Я это вижу. Мы играем бесплатные концерты, причем иногда в таких маленьких городках. Проводим мастер-классы, выступаем в музыкальных школах. И чувствуем живой интерес. Вот скоро поедем в Челябинск, будем играть в филармонии. И все билеты уже проданы. Потом будем в Ялте. Но там другая история — выступление перед ведущими политиками… Конечно, наша аудитория не так велика, как у попсы. И это нормально. Другое дело, что она может быть больше. Просто исторически так сложилось: наши люди плохо знают, что такое настоящий джаз. Но мы можем и должны исправить эту ситуацию. Нужно публику образовывать, развивать ее вкус, при этом не забывать, что мы людей еще и развлекаем.

Некоторые музыканты стесняются это признавать. Но наша музыка — развлечение! Под джаз и танцуют, и отдыхают, и едят, и фоном он может звучать. При этом джаз дает еще и пищу духовную. Согласитесь, то и другое в музыке соединяется не часто.

  • А почему россияне плохо знают джаз?

Во времена СССР он был практически под запретом. Полуподпольное искусство. Поэтому нормальный интерес к джазу в нашей стране так и не возник. Даже когда он стал разрешен, ситуация оставалась печальной. Мало было профессиональных коллективов, редки гастрольные поездки. А как без этого развиваться?

ИМПРОВИЗАЦИЯ ЕСТЬ ВЕЗДЕ

  • Но ведь та эпоха давно позади?

Да, и сейчас джаз становится более востребованным. Посмотрите, сколько джазовых концертов проходит в Москве! Правда, он мало звучит на ТВ и радио. Одной радиостанции «Джаз» и редких передач на «Культуре» недостаточно. Хотелось бы, конечно, большего внимания. Этого пока нет. Но, знаете, нам, музыкантам, тоже есть над чем работать. Надо показывать джаз во всех его прелестях. Джазовое представление должно готовиться так же, как поп- или рок-концерт. Это тоже шоу! Когда все по высшему разряду, появляется много новых поклонников и поклонниц.

  • И поклонниц? Мне казалось, что джаз слушают в основном мужчины.

Не скажите. На наших концертах очень много девушек, женщин. Кстати, девушки в России гораздо умнее мальчиков.

  • А что у нас бывает не так в «джазовом хозяйстве»?

Часто музыкант, достигнув хорошего уровня в игре на инструменте, собирает ансамбль. Но много они не репетируют. По отдельности все играют прекрасно, но для того, чтобы поразить публику, им не хватает ни эмоционального заряда, ни ансамблевого мастерства. Еще исполнители порой увлекаются тем, что играют длинные скучные соло. Да, это импровизации, то, что важно в джазе. Но композиции не всегда достаточно интересные. Или само исполнение оказывается слабоватым. И люди, попадая на такую музыку, думают: не-е-ет, это не для меня.

  • Вы упомянули импровизацию. Это правда, что она возможна только в джазе?

Нет. Правда в том, что в другой музыке импровизация не так высоко ценится. Однако тот же Денис Мацуев, я знаю, может сымпровизировать любое произведение — сначала в стиле Моцарта, потом Шопена, затем Баха… И это будет интересно. Вообще, вся музыка располагает к импровизации. Все музыканты, я уверен, и Лист, и Паганини, импровизировали. Мы ведь и в жизни импровизируем. Когда разговариваем, например, мы ведь речь не готовим. А результат зависит от того, какой у нас словарный запас, эрудиция и прочее.

  • Еще говорят, что джаз играют свободолюбивые натуры и фантазеры…

Свободолюбие — такое понятие… Знаете, многие академические музыканты очень свободолюбивые люди. Одно другому не мешает. Чтобы ориентироваться в классической музыке, правильно ее исполнять, тоже нужна свобода. Любой творческий человек нуждается в ней. В выборе джаза куда большую роль играют другие моменты: темперамент, усидчивость, может быть, даже тщеславие. Свободолюбием и фантазией дело не ограничивается. Моцарт был и фантазер, и свободен, и велик. Но про джаз ничего не знал.

Не хочу становиться эдаким телевизионным героем. Это ведь что-то вроде смены профессии

  • А насколько успех зависит от зала, в котором проходит выступление джазменов?

Самые неудобные концертные площадки — академические залы консерваторий. Там такая великолепная акустика, такое эхо! Но для джаза это беда. Особенно Большой зал филармонии в Ленинграде. Когда я один играю в нем на саксофоне — уходить не хочется. Но как только вступают барабаны и контрабас — играть невозможно. Вот в чем отличие классической музыки с ее строжайшими законами гармонии от всякой другой. А эти залы рассчитаны как раз на эти законы. В их акустике классика звучит прекрасно. Но джаз с его барабанами… Нет, играть можно. Но порой это ужасно. За границей, в Нью-Йорке, например, есть залы, построенные специально для джаза. У нас пока таких нет. Но куда денемся — построим.

  • А как вы пришли к джазу, который в СССР был в загоне?

В детстве много слышал о нем от отца и других людей. Но познакомиться с его лучшими образцами возможности почти не было. В юности я увлекался роком, ходил на концерты наших ВИА. «Поющие гитары», были такие, может, помните?.. А потом моим педагогом стал Геннадий Гольштейн. Он дал мне послушать замечательные пластинки, показал саксофон. И все это было одновременно и серьезно, и громко, и быстро-молодо! Мне вообще кажется, что джаз и рок имеют одни корни. И я, услышав с пластинок столько шедевров, влюбился в джаз. Уже больше ни о чем другом думать не мог. Ну не было в роке того, что было в джазе. И сам инструмент саксофон поразил сразу. Все сошлось!

ИМПРОВИЗАЦИИ НА ТЕМУ

Игорь Михайлович — человек интересный, многосторонний. И в его биографии много ярких деталей

Он уже много лет счастлив в браке с Оксаной (на фото, 2006 год). Интересна история их знакомства. За девушкой вежливо ухаживал Сергей Мазаев и пригласил ее на концерт своего друга Бутмана. А Игорь, увидев ее, так влюбился, что не успокоился, пока не стал ее мужем. Оксана родила Игорю двоих сыновей (еще один сын у него был от первого брака).

Игорь с детства обожал хоккей. В юные годы играл за ленинградский СКА. Но потом музыка все же перевесила. Однако в зрелые годы он с большим успехом участвовал в ледовых шоу на «Первом канале». Его партнершами были очаровательные Мария Петрова, Албена Денкова.

Саксофонист Igor Butman — международно признаваемая марка. Его хорошо знают и уважают в Америке.

  • Вспомните самую неожиданную аудиторию, перед которой довелось выступать.

Был один забавный случай. Нам сказали: дадите концерт сотрудникам Всесоюзной фирмы грамзаписи «Мелодия». Ну, мы думали: будем выступать перед теми, от кого зависит выпуск пластинок. Приезжаем. Оказывается, это сама фабрика, где делают пластинки. И играть нужно для рабочих. Пришли в свой обеденный перерыв женщины в белых халатах. И прекрасно приняли! Хотя джаз был такой… суровый. Помню, играли как-то для ученых в Зеленогорске. Дело было осенью, ехали в огромном «Икарусе» вчетвером, прямо как настоящие звезды. (Смеется.) А из-под колес автобуса красиво-красиво вылетали желтые листья…

НЕПОДГОТОВЛЕННАЯ ПУБЛИКА — САМАЯ ВАЖНАЯ!

  • А как взращивать свою публику? Ведь джаз — не попса, полюбить его — значит понять, прочувствовать…

Есть круг людей, которые знают джаз, они слушают пластинки, следят за новинками. Образованная публика. Есть джазовые критики и пишущие о музыке журналисты. А есть простые люди. Увидели меня, скажем, по телевизору на коньках, и им стало интересно: вроде парень ничего, крепкий, пойдем-ка посмотрим, что он там за джаз играет. Или просто где-то что-то джазовое слушали, решили узнать получше, а то и вовсе случайно оказались на концерте. Это публика неподготовленная. И она для нас самая важная. Мы должны играть так, чтобы их, новичков, ни в коем случае не разочаровать. По высшему классу. И, если мы сыграли потрясающе, публика ушла довольная. Все, новички полюбили джаз!

  • Вы можете, слушая музыку, понять: играет мудрый человек?

Да, конечно. Причем молодые тоже бывают мудрецами — и в 20, и в 30 лет.

  • Сегодня у вас концерт. Вы к выступлениям как-то психологически готовитесь?

С некоторых пор стараюсь не давать интервью перед выходом на сцену. Это реально отнимает энергию. Правда-правда, я долго недоумевал, почему со мной после интервью творится что-то не то? Потом понял: это же эмоциональный выплеск! Журналист задает вопросы, которые меня волнуют, я начинаю думать, переживать. В результате — опустошение. Не физическое — моральное. Поэтому я понимаю артистов, которые отказываются от встреч с журналистами перед концертом. Но я так уважаю ваш труд, что «нет» говорю редко. А вообще перед концертом лучше всего разогреться, размяться. Есть специальные упражнения — для головы, для пальцев…

  • Последний вопрос. В этом сезоне телевизионщикам удалось уговорить вас опять поучаствовать в каком-нибудь шоу?

Меня зовут время от времени — и на «Остров» звали, и на «Большие гонки»… Может, и втянули бы, поскольку я не могу отказать. Но, к счастью, у меня гастроли, и я с чистой совестью сказал — извините, мол. Если честно, просто не хочу становиться эдаким телевизионным героем. Это ведь что-то вроде смены профессии. Выходит, мне надо актером становиться. Так, что ли? А зачем? У меня своих дел достаточно…

ФАКТЫ О ИГОРЕ БУТМАНЕ

О нас мало знают. Надо больше заявлять о себе, светить товар лицом. В свое время, когда СССР открыл границы, на джазовых фестивалях мира советские музыканты были самыми желанными гостями

  • Родился в 1961 году в Ленинграде;
  • Окончил Музыкальный колледж Беркли (Бостон) по классу саксофона и композиции;
  • В1996 году вернулся в Россию. Много внимания уделяет популяризации джаза;
  • Женат, есть трое сыновей.